Головна: - e-mail: mitropolet@mail.ru - http: //eparhija.com.ua - Skype: mitropolet


Категорії Новин


Новини

Керуючий Єпархією


Богородська єпархія УПЦ


Медіа

Документи

Газета


Проповіді і проповідники


Календар богослужінь


Контакти


Молитва



Голодомор та геноцид в радянські часи з відеофільмами



Українські історичні та народні трагедійні пісні і думи



Українські історичні думи козацької доби з відеофільмами



П'єси та спектаклі художнього та комедійного змісту з відеофільмами


 

У вигляді календаря

«    січня 2020    »
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

У вигляді списку

Грудень 2019 (2)
Червень 2019 (3)
Березень 2019 (5)
Лютий 2019 (3)
Січень 2019 (1)
Квітня 2018 (2)
 

 

Hosting Ukraine

 

Богородська єпархія УПЦ КП » Проповіді » 31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)

Автор: mitropolit от 29-03-2013, 16:29
30-го березня 2013-го року, субота, преп. Олексія, чоловіка Божого, а також Субота Поминальна.
31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і святителя Кирила Єрусалимського (336).


Необходимо помнить, в какие дни следует поминать усопших по церковному календарю во время Великого Поста в 2013-м году.
31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
30-го марта, 6-го и 13-го апреля – в Субботы 2-й, 3-й и 4-й седмиц Великого поста, 14 мая – в Радоницу.
Православная Церковь с глубокой древности сохраняет благочестивый обычай поминать усопших преимущественно в третий, девятый и сороковой дни, а также по прошествии года в день смерти. Поминовение новопреставленных в известные дни Православная Церковь соблюдает по примеру Церкви Ветхозаветной, в которой для поминовения и оплакивания усопших назначались три, семь и тридцать дней после их кончины. В книге Чисел говорится: «Кто прикоснется к мертвому телу какого-либо человека, нечист будет семь дней: он должен очистить себя сею [водою] в третий день и в седьмой день, и будет чист» (Числ. 19,11-12). «И увидело все общество, что Аарон умер, и оплакивал Аарона весь дом Израилев тридцать дней» (Числ. 20, 29). «И оплакивали Моисея сыны Израилевы на равнинах Моавитских [у Иордана близ Иерихона] тридцать дней. И прошли дни плача и сетования о Моисее» (Втор. 34, 8). «И взяли кости их, и погребли под дубом в Иависе, и постились семь дней» (1 Цар. 31,13). И премудрый Иисус, сын Сирахов, говорит: «Плачь об умершем — семь дней, а о глупом и нечестивом — все дни жизни его» (Сир. 22, 11). «Сия же вся пиЄвангеліє від Іоанна, глава 5, стихи/divhttp://www.youtube.com/embed/xs82MWlPV9c 20-30, про Воскресіння померлих людей.cen /terсана быша, — говорит апостол Павел, — в научение наше» (1 Кор. 10,11). Кроме того, поминовение усопших Православной Церковью имеет отношение ко многим весьма важным событиям в Царстве благодати, например, погребение тела на третий день и поминовение новопреставленного в этот день — к тридневной смерти Первенца из мертвых — Иисуса Христа. В постановлениях апостольских говорится: «Над умершими да празднуется день третий ради воскресшего в третий день Спасителя» (кн. 8, гл. 42). «Девятины совершаем, — говорит святая Церковь, — духовное таинство в том с известным и разумным вниманием сохраняя, сиречь: просим Господа Бога, да преставльшагося душа, молитвами и ходатайством девяти Ангельских ликов, идеже суть Божии святии, вселится и упокоится, по воскресении же и блаженства тех же Ангел и сожительства вкупе их да сподобится». Сороковой день отмечают по священной важности этого дня. «Четыредесять дней всемирный потоп пребысть. Об умершем ветхозаветном Иакове Писание говорит: «погребоша погребатели Израиля, и скончася ему четыредесять дней: тако бо считаются дние погребения» (Ср.: Быт. 50, 3). Моисей прежде, нежели восприял скрижали закона Божия, пребысть на горе пред Господом дний четыредесять. Илия четыредесять дний идяше до горы Божия Хорив. Четыредесять дней жена по рождении очищается. Христос Бог наш постился четыредесять дней в пустыне и по воскресении Своем столько же дней на земле пробыл со учениками Своими, уверяя их в Своем воскресении. Четыредесять дней поста Святая предаде нам Церковь, мати наша, к очищению от всяких нечистот» («Камень веры. О благотворении преставльшимся»).
Таким образом, Святая Церковь хочет сказать, что, как Моисей чрез сорокадневный пост приблизился к Богу для восприятия скрижалей закона, как Илия в продолжение сорокадневного пути дошел до горы Божией, и как Спаситель наш победил диавола сорокадневным постом, так и умерший сорокадневными молитвами утверждается в благодати Божией, побеждает враждебные силы диавола и достигает Престола Божия, где обитают души праведных.
Зная загробное состояние души, то есть прохождение ею мытарств и явление к Богу для поклонения, Церковь и родственники, желая доказать, что помнят и любят почившего, молят Господа о легком прохождении его душой воздушных мытарств и о прощении ее согрешений. Освобождение души от грехов составляет для нее воскрешение для жизни блаженной, вечной. Поминовение новопреставленного совершается на третий, девятый и сороковой день. Напомним, что, согласно верованию Православной Церкви, первые два дня после смерти душа пребывает по земле, посещая места, где умерший совершал грехи или праведные деяния, но на третий день она перемещается в иной мир — мир духовный.
Три дня
31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Третий день после смерти человека называют еще третинами и поминают усопшего, принося о нем Богу молитвы, — служат панихиду. В это время душа проходит через легионы злых духов, которые преграждают ей путь и обвиняют в различных грехах, в которые сами же они ее и вовлекли, — выше уже упоминалось о мытарствах. Этот день для почившего и для нас, еще живых, имеет прямое духовное отношение к воскресению Начальника жизни нашей, положившего начало нашему блаженному воскресению. В третий день покойника хоронят. Церковь торжественно уверяет Своих чад, что Христос воскрес из мертвых и сущим во гробах даровал жизнь.
В третий день тело предается земле, а душа должна вознестись на небо: «И возвратится прах в землю, чем и был, а дух возвратится к Богу, Который его дал» (Еккл. 12, 7). Итак, по примеру Господа Иисуса Христа, воскресшего из мертвых в третий день, служится панихида по усопшему, чтобы и он воскрес в третий день для бесконечной, славной жизни со Христом.
Девять дней
Согласно откровению Ангела преподобному Макарию Александрийскому, особое церковное поминовение усопших на девятый день после смерти (помимо общего символизма девяти чинов Ангельских) связано с тем, что до сего времени душе показывали красоты рая, и только начиная с девятого дня, в течение остальной части сорокадневного периода, ей показывают мучения и ужасы ада, прежде чем на сороковой день ей будет назначено место, где она будет ожидать воскресения мертвых и Страшного суда.
Сорок дней
Затем, успешно пройдя через мытарства и поклонившись Богу, душа еще на протяжении оставшихся дней посещает небесные обители и адские бездны, еще не зная, где она останется, и только на сороковой день ей назначается место до воскресения мертвых. Некоторые души спустя сорок дней оказываются в состоянии предвкушения вечной радости и блаженства, а другие — в страхе вечных мучений, которые полностью начнутся после Страшного суда. До этого все же возможны изменения в состоянии душ, особенно благодаря принесению за них Бескровной Жертвы (поминовение на Литургии) и других молитв. Зная загробное состояние почившей души, соответствующее на земле сороковому дню, когда решается, хотя и не окончательно еще, участь почившего, Церковь и родственники спешат ему на помощь. Служится в этот день панихида, чтобы, сколько зависит от нас, умилостивить Бога относительно почившего.
Сорокоусты
Сорокоусты — это поминовения, которые совершаются Церковью ежедневно в течение сорока дней. Каждый день в течение этого срока происходит изъятие частиц из просфоры. «Сорокоусты, — пишет святой Симеон Солунский, — совершаются в воспоминание Вознесения Господня, случившегося в сороковой день после Воскресения, — и с той целью, чтобы и он (умерший), восстав из гроба, вознесся в сретение Судии, был восхищен на облацех и так был всегда с Господом».
Дни — годовой, и в последующие годы дни кончины, дни именин, дни рождения — для христиан остаются навсегда памятными днями. Желая доказать, что смерть не расторгла духовного союза между живыми и умершими, христиане служат панихиды и молят Того, в Ком наше спасение и жизнь, Кто Сам сказал нам: «Аз есмь воскресение и живот» (Ин. 11, 25). Мы молим и надеемся несомненно на Его обещание услышать молящихся: «Просите, и дастся вам, ибо Я не хочу смерти грешника, за которого пострадал, пролил Свою кровь и которому теперь дарую420 жизнь... только веруй!»
Общие дни поминовения
31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Любить своих умерших, ходатайствовать за них пред Богом свойственно всему человеческому роду, а потому при каждом богослужении Святая Церковь молится как за живых, так равно и за отшедших. Каждый день совершается Святой Церковью память одного или нескольких святых. Кроме того, каждый день посвящен особому воспоминанию; так, суббота посвящена памяти всех святых и умерших. Молясь об усопших ежедневно, Церковь требует от своих членов, чтобы они не забывали своих отшедших, молились о них сколь можно чаще и усерднее. Но особенно усиленных молитв за усопших требует Церковь в субботы, как во дни, посвященные воспоминанию всех святых и усопших. Слово «суббота» означает покой, отдых. Церковь просит у Бога вечного покоя для умерших, отдыха после многоскорбной земной жизни, и как суббота, по самой заповеди Божией, была назначена для отдыха после шестидневных трудов, так точно да будет и загробная жизнь для перешедших в нее субботой вечной, днем покоя и радости для поработавших на земле своему Господу в страхе. Кроме ежедневных молитв и вообще суббот, есть еще в году дни, преимущественно определенные для молитв за усопших. В эти дни Святая Церковь, то есть верующие, принимает особенное живое участие в состоянии почивших.
Эти дни — субботы — называются родительскими и разделяются на вселенские (общие) и дни поминовения частные или местные. Вселенских суббот пять: мясопустная, Троицкая и субботы второй, третьей и четвертой недель Великого поста.
К этим субботам Церковь присоединила еще частные родительские дни, в которые совершаются панихиды для поминовения преставившихся в вере.
Панихида — это церковная служба, по своему составу представляющая собой сокращение чина погребения. На ней читается 90-й псалом, после которого возносится великая ектения об упокоении поминаемого, потом поются тропари с припевом «Благословен еси, Господи» и читается псалом 50-й; поется также канон, разделяемый и заканчиваемый малыми ектениями. После канона читается Трисвятое, «Отче наш», поются тропари и возглашается ектения «Помилуй нас, Боже», после которой бывает отпуст.
Наименование этой церковной службы объясняется ее исторической связью с всенощным бдением, на что указывает близкое сходство всего чина погребения с частью всенощного бдения — утреней. Христиане древней Церкви во время гонений погребали умерших ночью. Богослужение, которым сопровождалось погребение, было в собственном смысле всенощным. Погребальное богослужение выделилось из всенощного бдения после умиротворения Церкви.
Кроме поминовения каждого умершего в отдельности, Церковь в определенное время творит поминовение всех от века преставльшихся отцев и братий по вере, сподобившихся христианской кончины, и тех, которые были застигнуты внезапной смертью, не были напутствованы в загробную жизнь молитвами Церкви. Совершаемые при этом панихиды называются вселенскими.

____________________________________________________________________________________________________________________
Послание к Евреям святого апостола Павла

ГЛАВА 1.

10И: в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса - дело рук Твоих; 11они погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза, 12и как одежду свернешь их, и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся.
13Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?
14Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?
ГЛАВА 2.
1Посему мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть.
2Ибо, если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, 3то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него,

___________________________________________________________________________________________________________________
От Марка святое Благовествование

ГЛАВА 2.

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
1Через несколько дней опять пришел Он в Капернаум; и слышно стало, что Он в доме.
2Тотчас собрались многие, так что уже и у дверей не было места; и Он говорил им слово.
3И пришли к Нему с расслабленным, которого несли четверо; 4и, не имея возможности приблизиться к Нему за многолюдством, раскрыли кровлю дома, где Он находился, и, прокопав ее, спустили постель, на которой лежал расслабленный.
5Иисус, видя веру их, говорит расслабленному: чадо! прощаются тебе грехи твои.
6Тут сидели некоторые из книжников и помышляли в сердцах своих: 7что Он так богохульствует? кто может прощать грехи, кроме одного Бога?
8Иисус, тотчас узнав духом Своим, что они так помышляют в себе, сказал им: для чего так помышляете в сердцах ваших?
9Что легче? сказать ли расслабленному: прощаются тебе грехи? или сказать: встань, возьми свою постель и ходи?
10Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи,- говорит расслабленному: 11тебе говорю: встань, возьми постель твою и иди в дом твой.
12Он тотчас встал и, взяв постель, вышел перед всеми, так что все изумлялись и прославляли Бога, говоря: никогда ничего такого мы не видали.
http://days.pravoslavie.ru/bible/z_mk_2_1_12.htm#z

______________________________________________________________________________________________________________________

Слово св. праведного Иоанна Кронштадтского во вторую неделю Великого поста

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Чадо, отпущаются тебе
греси твои. (Мк 2,5)


Расслабленный был принесен к Иисусу Христу очевидно для исцеления от державшей его болезни расслабления. А Иисус Христос врачует сперва душу его от грехов, и потом уже тело от болезни. Чадо,говорит Он расслабленному, оптущаются тебе греси твои, а после отпущения грехов сказал ему, востани, и возми одр твой, и иди в дом твой (Мк 2,11). Что значит такой способ врачевания? Значит то, что постигающие нас болезни суть следствия грехов наших и, что невозможно совершенно избавиться от болезней, не очистившись прежде от грехов, как нельзя уничтожить следствия, не уничтоживши причины. Так как и теперь часто бывает между нами много больных, которые ищут средств от болезни: то для общего назидания и пользы, побеседуем ныне о тесной связи наших грехов с болезнями телесными.
На самом ли деле между грехами и телесными болезнями и страданиями находится такая тесная связь, что болезни тела, более или менее сильные и продолжительные, суть следствия грехов? Подлинно, между болезнями и грехами существует такая связь: грех гибельный для души, вместе с тем разрушителен и для тела. Святой апостол говорит о грехе: оброцы бо греха, - смерть (Рим 6,23), т. е., грех, как жестокий тиран, собирает дань с людей, работающих ему, а ему все работают. Эта дань есть смерть. Итак, смерть есть необходимая дань наша греху, а смерти предшествуют почти всегда болезни, более или менее продолжительные. Отсюда явно, что между грехом и болезнями существует самая тесная связь. Когда не будет греха: тогда не будет болезней и смерти. Потому-то в будущем веке нет болезней. Смерти не будет ктому, ни плача, ни вопля, ни болезни (Откр 21,4), свидетельствует тайновидец Иоанн, в божественном откровении. Часто за грехи человеческие Сам Бог непосредственно посылает болезни, например, предает сатане на измождение плоти (1 Кор 5,5), как это было с упоминаемым въ послании апостола Павла к Коринфянам кровосмесником, или лишает употребления известных чувств и членов, или подвергает другим различным болезням. В этом случае болезни суть дело благости Господа, Который не хочет вечной смерти грешника, но еже обратитися нечестивому от пути своего, и живу быти ему (Иез 33,11). Люди крайне прельщаются временною сладостью греха и погибают, но Бог по благости Своей не хочетъ вечной нашей погибели, а хочетъ сделать всех участниками блаженства. Но как это сделать, когда человек не хочетъ и внимания обращать на будущее блаженство или вечные мучения, и когда он всем существом своим предан развлечениям и удовольствиям земным? Он чувствует в себе полноту сил и думает, что надобно жить здесь как хочется, пока живется. Как заставить его подумать о Боге, о жизни вечной, для которой он создан, как заставить его прибегнуть к вере и добродетели так, чтобы они обратились в жизнь его сердца? Болезни и страдания в этом случае - самое лучшее средство. Стоит только посмотреть на больного или подверженного какому-нибудь другому несчастью, чтобы убедиться, как благотворны иногда здесь для нас болезни и несчастья. Человек одумывается при этом посещении Божием, входит в самого себя, видит, что он ничтожен и скоропреходящ, как трава, как цветок полевой (Ис 40,6), что все земное - прах и суета, что только Бог и добродетель вечны, что человеку необходимо в этой жизни служить Богу духом и истиною, и запасаться добрыми делами для жизни вечной.
31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Братия! мы все бываем больны или несчастны чем-нибудь, и все желаем, по естественному закону самосохранения, быть здоровыми и благополучными. Будем помнить, что болезни наши, будучи часто плодом наших беззаконий, собственной нашей неосторожности или невоздержной жизни по своему началу, весьма часто бывают наказанием Божиим по своей силе и продолжительности за наши грехи. Если мы хотим быть свободны от болезней, нам надобно прежде уничтожить внутреннюю причину их - грехи: тогда внешнее несчастье пройдет само собою. Будем помнить, что болезни и смерти не было бы в роде человеческом, если бы через первого человека не вошел в мир грех. Пусть другие представляют, какие хотят причины болезней; но если они глубже вникнут в существо дела, то в объяснении своем придут к той же главнейшей причине их, именно - что телесная природа человека когда-то сильно повреждена и теперь повреждается какою-то внутреннею, враждебною силою, и потому то она так чувствительна к малейшим стихийным переменам, потому-то она стала так слаба и удоборазрушима.

Теперь время душевной цельбы. Будем же удаляться отъ грехов, которыми душа болезненно страдает, иисцеления наши скоро возсияют (Ис 58,8). Аминь.


Слово во вторую неделю Великого поста
Великий Пост. Проповеди св. праведного Иоанна Кронштадтского
http://www.pravpost.org.ua/page-id-437.html


_______________________________________________________________________________________________________________________


СВЯТИТЕЛЬ ГРИГОРИЙ ПАЛАМА: ЖИТИЕ, ТВОРЕНИЯ, УЧЕНИЕ

Во второе воскресенье Великого Поста Православная Церковь празднует память святителя Григория Паламы. Портал Богослов.Ru публикует статью заведующего Греко-латинским кабинетом и преподавателя Московской духовной академии игумена Дионисия (Шленова), посвященную святителю.

Житие

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Родился будущий святитель в 1296 г., образование получил в Константинополе. После ранней смерти отца своего сенатора Константина, происшедшей в 1301 г., Григорию выпало быть под покровительством императора Андроника II. Таким образом, первые 20 лет жизни юноша прожил при царском дворе, а в дальнейшем ему, обладавшему разнообразными дарованиями, предстояла быстрая и успешная карьера. Он изучал светские дисциплины и философию у самого лучшего учителя эпохи Феодора Метохита, который был филологом и богословом, ректором университета и заодно, как принято называть эту должность теперь, премьер-министром. Григорий Палама был лучшим из его учеников; особый интерес он проявлял к философии Аристотеля. В возрасте 17 лет Григорий даже прочел лекцию во дворце о силлогистическом методе Аристотеля перед императором и знатными лицами. Лекция оказалась столь успешной, что в конце ее Метохит воскликнул: «И сам Аристотель, если бы он был здесь, не преминул бы удостоить ее похвалы».
Несмотря на все это Григорий оставался поразительно равнодушным к политике и миру. Около 1316 г. в возрасте 20 лет он покинул дворец и философские занятия и удалился на Святую Гору, где предался подвижнической жизни и занятиям тайнозрительным богословием. Привыкать к великим подвигам он начал еще пребывая во дворце. На Афоне Григорий подвизался в келье неподалеку от Ватопеда под руководством препоподобного Никодима, от которого и принял монашеский постриг. После смерти своего наставника (ок. 1319) он переселился в Лавру святого Афанасия, где провел три года. Затем, начиная с 1323 г., он подвизался в скиту Глоссия, где проводил все свое время в бдениях и молитвах.
В 1325 г. из-за турецких нападений на Святую Гору он, наряду с другими монахами, вынужден был ее покинуть. В Фессалониках Григорий по просьбе своих спутников-монахов принял священнический сан. Оттуда он направился в область Верии, города, в котором некогда проповедовал апостол Павел, где продолжил подвижничество. Пять дней в неделю, затворившись в тесной келье-пещере, находившейся на склоне заросшей густыми зарослями скалы над горным ручьем, он предавался умной молитве. В субботу и воскресенье он выходил из своего уединения для участия в общем богослужении, совершавшегося в монастырском кафоликоне.
Однако славянское нашествие, затронувшее и эту область, побудило Григория в 1331 г. снова вернуться на Святую Гору, где он продолжил отшельническое житие в пустыни святого Саввы на афонском предгорье над Лаврой. Эта пустынь сохранилась до сего дня. «Омываемая», как и во времена святителя Григория, афонскими ветрами, она поражает паломников своим абсолютным уединением и тишиной.
Затем на краткий срок Григория избрали игуменом монастыря Эсфигмен. Но, несмотря на попечения, взятые им на себя, он постоянно стремился вернуться к безмолвию пустыни. И достиг бы этого, если бы ученый монах из Калабрии (Южная Италия) по имени Варлаам (1290-1350) не побудил его к вступлению на полемическую стезю. Спор с Варлаамом продолжался на протяжении 6 лет с 1335 по 1341 г.
Варлаам происходил из православной греческой семьи, хорошо знал греческий язык. Он посетил Византию и, в конце концов, оказался в Салониках. В середине тридцатых годов XIV в. оживились богословские дискуссии между греками и латинянами. В ряде своих антилатинских сочинений, направленных, в частности, против латинского учения об исхождении Святого Духа и от Сына, Варлаам подчеркивал, что Бог непостижим и что суждения о Боге не доказуемы. Тогда Палама написал аподиктические слова против латинского новшества, подвергнув критике богословский «агностицизм» Варлаама и его чрезмерное доверие авторитету языческой философии.
Это было первое богословское столкновение двух мужей. Второе произошло в 1337 г., когда Варлаам был оповещен некими простыми и неграмотными монахами о некоем техническом способе, который применяли исихасты при творении умной молитвы. Изучив также некоторые сочинения исихастских отцов, посвященные молитвенному деланию, он неистово напал на исихастов, называя их мессалианами[2] и «пуподушниками» (???????????). Тогда на Паламу было возложено опровержение нападок Варлаама. Личная встреча обоих мужей вовсе не привела к положительному результату, но еще более обострила противоречие. На Константинопольском соборе 1341 г. (заседание состоялось 10 июня) Варлаам, обвинявший исихастов в неправильном способе молитвы и опровергавший учение о нетварном Фаворском свете, был осужден. Варлаам, хоть и испросил прощение, в июне того же года уехал в Италию, где принял затем римокатоличество и стал епископом Иеракским.
После собора 1341 г. и удаления Варлаама завершился первый этап паламитских споров.
На втором и третьем этапе споров противниками Паламы выступили Григорий Акиндин и Никифор Григора, которые в отличие от Варлаама не критиковали психосоматического метода молитвы исихастов. Спор принял богословский характер и касался вопроса Божественных энергий, благодати, нетварного света.
Второй этап спора совпадает с гражданской войной между Иоанном Кантакузином и Иоанном Палеологом и происходил между 1341 и 1347 г. 15 июня 1341 г. умер император Андроник III. Его преемник Иоанн V Палеолог был несовершеннолетним, поэтому в государстве произошли большие потрясения в результате ожесточенной борьбы за власть между великим доместиком Иоанном Кантакузином и великим дукой Алексеем Апокавком. Патриарх Иоанн Калека поддерживал Апокавка, в то время как Палама полагал, что государство может быть спасено только благодаря Кантакузину. Вмешательство Паламы в политическое столкновение, хоть он и не был особенно склонен к политике, привело к тому, что большую часть дальнейшей жизни он провел в заточениях и темницах.
Между тем в июле 1341 г. был созван еще одни собор, на котором Акиндин был осужден. В конце 1341-1342 г. Палама затворился сначала в монастыре святого Михаила Сосфенийского, а потом (после 12 мая 1342) в одной из его пустыней. В мае-июне 1342 г. состоялось два собора для осуждения Паламы, которые, однако, не дали никаких последствий. Вскоре Григорий удалился в Ираклию, откуда через 4 месяца был доставлен под конвоем в Константинополь, и заключен там под стражу в монастырь. После двухмесячного пребывания в храме Святой Софии, где святой Григорий вместе со своими учениками по праву убежища пользовался неприкосновенностью, он был заточен в дворцовую тюрьму. В ноябре 1344 г. на соборе святителя Григория Паламу отлучили от Церкви, а Акиндин, его главный противник, в конце того же года был рукоположен во диаконы и священники. Однако в силу изменений политической обстановки на соборе 2 февраля 1347 г. Григорий Палама был оправдан, а осуждены его противники.
После победы Иоанна Кантакузина и провозглашения его императором патриарший престол занял (17 мая 1347 г.) Исидор Вухир, друг исихастов, а Григорий Палама в скором времени был избран архиепископом Фессалоникийским. Тогда начался третий этап паламитских споров. Главным противником Паламы выступил Никифор Григора. Политические волнения в Фессалониках воспрепятствовали Григорию вступить в город для исполнения своих обязанностей. Господами положения здесь оказались зилоты, друзья Палеологов и противники Кантакузина. Они препятствовали приходу Паламы, вплоть до захвата Фессалоник Кантакузиным в 1350 г. До этого времени Палама посетил Афон и Лемнос. Попав же в Фессалоники, он смог умиротворить город. Однако его противники не прекращали яростно полемизировать. В силу этого в мае-июне и в июле 1351 г. были созваны два собора, которые осудили его противника Никифора Григору и провозгласили Паламу «защитником благочестия». На первом из этих соборов было утверждено учение о единстве Божества и различии между сущностью и нетварными энергиями. На втором соборе было принято шесть догматических определений с соответствующими шестью анафемами, которые сразу же после собора были включены с Синодик Православия. Помимо утверждения вышеуказанного различия между сущностью и энергией здесь была провозглашена непричаствуемость Божественной сущности и возможность приобщения Божественным энергиям, которые нетварны.
Отправившись в Константинополь в 1354 г. для того, чтобы выступить посредником между Кантакузиным и Иоанном Палеологом, Палама был пленен турками, которые держали его в плену около года, пока не получили от сербов искомый выкуп за его освобождение. Плен свой он счел уместным случаем для проповеди истины туркам, что и пытался делать, как видно из Послания Фессалоникийской церкви, а также по двум текстам Собеседований с представителями из числа турок. Видя, что уничтожение империи турками почти неотвратимо, он считал, что греки незамедлительно должны приступать к обращению турок в христианство.
После освобождения от турок и возвращения в Фессалоники свт. Григорий продолжил пастырскую деятельность в своей епархии до 1359 г. или, согласно новой датировке, до 1357 г. Сраженный одной из своих давних болезней, которые время от времени беспокоили его, святитель Григорий умер 14 ноября в возрасте 63 лет (или 61 года). Вначале его прославили как местночтимого святого в Фессалониках, но вскоре в 1368 г. соборным решением он был официально вписан в календарь Святой Софии патриархом Филофеем Коккиным, который составил его похвальное житие и службу. Сначало мощи святителя Григория были положены в кафедральном храме Святой Софии в Фессалониках, ныне частица его мощей хранится в митрополичьем соборе в честь Григория Паламы близ городской набережной.

Сочинения

Григорий Палама составил многочисленные сочинения богословского, полемического, аскетического и нравственного содержания, также как и многочисленные гомилии и послания.
«Житие Петра Афонского» – самое первое сочинение свт. Григория Паламы, написанное ок. 1334 г.
В «новых надписаниях» против надписаний Иоанна Векка и в двух аподиктических словах «Против латинян» (написаны в 1334-1335 г. или согласно новейшим датировкам в 1355 г.) рассматривается вопрос об исхождении Святого Духа. Святой Дух как ипостась исходит «только от Отца». «Ипостась Пресвятого Духа не есть и от Сына; Она не дается и не приемлется никем, но Божественная благодать и энергия»[3]. Сходно с учением Николая Мефонского исхождение – это ипостасное свойство, в то время как благодать, которая является энергией, является общей для Трех Лиц Святой Троицы. Только с учетом этой общности можно говорить о том, что Дух Святой исходит от Отца, и от Сына, и от самого Себя. Этот взгляд на исхождение является общим со учением Никифора Влеммида и Григория Кипрского, которые, храня верность святоотеческому преданию, возлагали надежды на богословский диалог между Востоком и Западом.
Сочинение «Триады в защиту священнобезмолвствующих» было написано для того, чтобы отразить нападки Варлаама на исихастов, в нем разрешаются также все богословские вопросы, которые стали предметом спора. Сочинение делится на три триады, каждая из них подразделяется на три трактата. Первая триада, написанная весной 1338 г. в Фессалониках, посвящена вопросу о познании Бога. Выступая против только что сформулированной тогда позиции Варлаама, Палама настаивает на том, что путь познания Бога не является внешней философией, но откровением во Христе. Христос обновил всего человека, поэтому весь человек, душой и телом, может и должен участвовать в молитве. Человек, начиная с настоящей жизни, приобщается благодати Божией и вкушает в качестве залога дар обожения, которого он вкусит в полноте в будущем веке.
Во второй триаде (составлена весной-летом 1339 г.) он подвергает резкой критике утверждение Варлаама, что знание философии может принести человеку спасение. Человек не вступает в общение с Богом при помощи тварных средств, но только по Божественной благодати и через участие в жизни Христа.
В третьей триаде (написана весной-летом 1340 г.) он занимается вопросом об обожении и о Фаворском свете как о нетварной Божественной энергии. Человек не приобщается сущности Божией, иначе мы пришли бы к пантеизму, но приобщается природной энергии и благодати Божией. Здесь свт. Григорий систематически исследует основополагающее для его учения различие между сущностью и энергией. Те же вопросы рассматриваются в пяти посланиях Посланиях: трех к Акиндину и двух к Варлааму, написанных в начале спора.
В вероучительных сочинениях («Святогорском томосе», весна-лето 1340 г.; «Исповедании веры» и пр.), и в сочинениях, непосредственно относящихся к спору («О божественном единении и различении», лето 1341 г.; «О божественной и обоживающей причастности», зима 1341-1342 г.; «Диалог православного Феофана с Феотимом», осень 1342 г. и пр.) – а также в 14 посланиях, адресованных монашествующим, лицам в священном сане и мирянам (последнее письмо направлено императрице Анне Палеологине) продолжают обсуждаться спорные вопросы между Паламой, с одной стороны, и Варлаамом и Акиндином, с другой.
Семь «Антирритиков против Акиндина» (1342-не ранее весны 1345 г.) были написаны с тем, чтобы опровергнуть соответствующие антирритики против Паламы, составленные Григорием Акиндином. В них говорится о последствиях не различения между сущностью и энергией в Боге. Акиндин, не принимая, что благодать является природной энергией сущности Божией, но тварью, впадает в результате в ересь большую, чем у Ария. Благодать Божия, говорит Палама, является святым как нетварный свет, подобный тому, который видели апостолы во время Преображения Христа. Этот нетварный свет и вообще все энергии Божии являются общим выражением единой сущности Отца и Сына и Святого Духа.
«Против Григоры» Палама написал 4 опровержительных слова (1 и 2 – в 1355, 1356; 3 и 4 – в 1356-1357). Григора принимал богословские тезисы Варлаама, утверждая, что благодать Божия и особенно свет Преображения был тварным. Палама опровергает аргументы Григоры и утверждает, что свет Преображения не был ни тварью, ни символом, но отблеском божественной сущности и подтверждением действительного общения между Богом и человеком.
Все вышеуказанные сочинения Паламы отличаются отчетливым полемическим характером, направлены на опровержение воззрений противников. Палама выражает свои богословские утверждения с полной ясностью и в своих не столь полемичных богословских и аскетических сочинениях. В «150 богословских, нравственных и практических главах» (1349/1350 г.) он излагает, пользуясь обычным для всех аскетических писателей Востока методом, основные темы своего учения в кратких главах. В некоторых случаях он приводит целые отрывки из своих предшествующих сочинений. Систематизировав свое богословское учение, он излагает его с ясностью и полнотой, наряду со своими философскими воззрениями.
Сочинение «К Ксении о страстях и добродетелях» (1345-1346 г.) адресовано монахине, занимавшейся воспитанием дочерей императора Андроника III. Это обширный аскетический трактат, посвященный борьбе со страстями и стяжанию христианских добродетелей.
Во время архипастырства в Фессалониках с амвона кафедрального храма свт. Григорий Палама произнес большую часть своих 63 гомилий, подтверждающих его глубокую духовность, богословские дарования и преданность Церкви. Хотя гомилии посвящены по преимуществу аскетико-нравственной и социально-патриотической тематике, в них находится место и для умозрений о нетварном Фаворском свете (в гомилиях 34, 35 «На Преображение Господне»). Некоторые из слушателей не могли уследить за мыслями гомилий святителя Григория из-за недостатка образования. Однако он предпочитает говорить высоким стилем с тем, чтобы «лучше возводить распростертых на земле, нежели низводить из-за них пребывающих на высоте». Впрочем, любой внимательный слушатель может достаточно ясно уразуметь сказанное.
Из текстов, относящихся ко времени его пленения у турок, наиболее ценно «Письмо к своей [Фессалоникийской] Церкви», которое помимо различных исторических сведений описывает некоторые из его собеседований и описан ряд эпизодов, где фигурируют турки.
Помимо вышеуказанных сохранилось немало более маленьких сочинений опровержительного, полемического, аскетического и богословского содержания и четыре молитвы.

Учение

Святитель Григорий Палама, пользуясь творчески переработанной богословской терминологией, сообщил новые направления богословской мысли. Его учение не было обусловлено только философскими понятиями, но было сформировано на совершенно иных принципах. Он богословствует на основании личного духовного опыта, который пережил, подвизаясь как монах, и сражаясь как искусный ратоборец против тех, кто искажал веру, и который он обосновал с богословской стороны. Потому и сочинения свои он начал писать в достаточно зрелом возрасте, а не в юные годы.
1. Философия и богословие

Варлаам уподобляет знание здоровью, которое неделимо на здоровье, подаваемое Богом, и на здоровье, приобретаемое благодаря врачу. Также и знания, божественное и человеческое, богословие и философия, согласно калабрийскому мыслителю, едины[4]: «философия и богословие, как дары Божии, равны по ценности пред Богом». Отвечая на первое сравнение св. Григорий писал о том, что врачи не могут целить неисцельные болезни, они не могут воскрешать мертвых[5].
Далее Палама проводит предельно ясное различие между богословием и философией, твердо опираясь на предшествующую святоотеческую традицию. Внешнее знание совершенно отлично от истинного и духовного знания, невозможно «от [внешнего знания] научиться чему-либо верному о Боге»[6]. При этом между внешним и духовным знанием существует не только отличие, но и противоречие: «оно настроено враждебно по отношению к истинному и духовному знанию»[7].
По Паламе есть две мудрости: мудрость мира и мудрость Божественная. Когда мудрость мира служит Божественной мудрости[8], они составляют единое древо, первая мудрость приносит листья, вторая плоды[9]. Также «двойным является вид истины»[10]: одна истина относится к богодухновенному писанию, другая – к внешнему образованию или философии. Перед этими истинами стоят не только разные цели, но и разные первоначальные принципы. Философия, начинаясь с чувственного восприятия, заканчивается познанием. Мудрость Божия начинается с блага за счет чистоты жизни, а также с истинного ведения сущих, которое происходит не от научения, а от чистоты[11]. «Если ты без чистоты, хоть бы и изучил от Адама до кончины мира всю природную философию, ты будешь глупцом, а то и хуже, а не мудрецом»[12]. Конец мудрости – «залог будущего века, неведение превышающее знание, тайное тайному причастие и невыразимое видение, таинственное и неизреченное созерцание и познание вечного света»[13].
Представители внешней мудрости недооценивают силу и дарования Святого Духа, то есть они сражаются против таинственных энергий Духа[14]. Мудрость пророков и апостолов не приобретается научением, но преподается Духом Святым[15]. Апостол Павел, восхищенный до третьего неба, просветился не мыслями и умом, но получил озарение «силы благого Духа по ипостаси в душе»[16]. Озарение, происходящее в чистой душе, не является познанием, поскольку превосходит смысл и познание[17]. «Главное добро» посылается свыше, является даром благодати, а не природным дарованием[18].

2. Богопознание и боговидение

Варлаам исключал всякую возможность познания Бога и изложения аподиктических силлогизмов о Божественном, потому что считал Бога непостижимым. Он допускал только символическое ведение Бога и то не в земной жизни, а только по разлучении тела и души.
Палама согласен в том, что Бог непостижим, однако эту непостижимость он приписывает основному свойству Божественной сущности. В свою очередь он считает возможным некоторое знание, когда человек обладает определенными предпосылками знания Бога, Который становится доступным через Свои энергии. Бог является одновременно постижимым и непостижимым, знаемым и незнаемым, рекомым и неизреченным. Знание Бога приобретается «богословием», которое бывает двойным: катафатическим и апофатическим. У катафатического богословия в свою очередь есть два средства: разум, который через созерцание сущих приходит к некоему познанию[19], и Писание с Отцами.
В Ареопагитском корпусе предпочтение отдается апофатическому богословию, когда подвижник, выйдя за пределы всего чувственного, погружается в глубину Божественного мрака[20]. Согласно святителю Григорию Паламе тем, что выводит человека вне катафатики, оказывается вера, которая составляет доказательство или сверхдоказательство Божественного: «всякого доказательства лучшее и словно некое не требующее доказательств начало священного доказательства есть вера»[21]. П. Христу писал, что согласно Паламе «апофатическое богословие – это сверхъестественные действия веры»[22].
Духовно-опытным подтверждением веры оказывается созерцание, которое увенчивает богословие. В отличие от Варлаама для св. Григория созерцание выше всего, включая апофатическое богословие. Одно дело говорить или молчать о Боге, другое жить, видеть и обладать Богом. Апофатическое богословие не перестает быть «логосом», а «созерцание выше логоса»[23]. Варлаам говорил о видении катафатическом и апофатическом, а Палама – о видении выше видения[24], связанном с вышеестественным, с силой ума как действием Святого Духа.
В видении выше видения участвуют умные очи, а не помысл, между которыми проходит непреодолимая пропасть. Обладание подлинным созерцанием Палама сравнивает с обладанием золотом, одно дело думать о нем, другое иметь в своих руках. «Богословствование столь же уступает этому видению Бога в свете и столь же далеко от общения с Богом, как знание от обладания. Говорить о Боге и встретиться с Богом не одно и то же»[25]. Он подчеркивает особое значение «претерпевания» Божественного по сравнению с «богословствованием» катафатическим или апофатическим[26]. Те, которые удостаиваются неизреченного видения, познают то, что выше зрения не апофатически, «но от видения в Духе этой боготворящей энергии»[27]. «Единение и зрение во мраке» выше «такого богословия»[28].
В целом можно сказать, что Палама защищает православное богословие от «агностицизма», который пытался навязать Варлаам. Христианское богословие, исходя из единства и различия Божественной сущности и энергий, может изложить еще и аподиктические силлогизмы о Боге.

3. Сущность и энергии в Боге
Бог является непостижимым по сущности, но объективная ценность откровения Божия в истории человека познается по Его энергиям. Бытие Бога состоит из Его «самосуществующей» сущности[29], остающейся непостижимой, и Его действий, или энергий, нетварных и вечных. Через различие сущности и энергий стало возможным достижение познания Бога, непознаваемого по сущности, но познаваемого по энергиям теми, кто достиг определенной степени духовного совершенства. Непостижимость и неприобщимость божественной сущности исключает для человека какое-либо непосредственной участие в ней.
Учение о различии между сущностью и энергиями наиболее ярко представлено в творениях Каппадокийских отцов (IV в.), у святителя Иоанна Златоуста (конец IV в – начало V в.), в Ареопагитском корпусе (начало VI в.) и у преподобного Максима Исповедника (VII в.). Для Каппадокийских отцов учение о постижимости Божественной сущности было неприемлемо как один из тезисов Евномия, который, утверждая равные возможности богопознания для людей и Господа нашего Иисуса Христа, тем самым пытался принизить Сына Божия. Для автора Ареопагитик это учение было органичным следствием развивавшегося в корпусе апофатического богословия. Преподобный Максим Исповедник, своим возвышенным учением о логосах опровергая изнутри неизжитые остатки оригенизма, также во многом предвосхитил учение Фессалоникийского святителя.
В течение раннего средневековья велся спор между номиналистами и реалистами о бытии идей, а следовательно и о свойствах Бога. Отголоски этого спора можно усмотреть и в паламитском споре: антипаламиты отрицали действительное бытие свойств, а Палама в течение раннего периода полемики подчеркивал их бытие даже чрезмерно, говоря, что одно – это Божество, а другое царство, святость и пр.[30] Они являются существенным в Боге, как говорится и в использовавшемся Паламой седальне на Преображение:
«Сокровенное блистание под плотию
существенного Твоего, Христе, и божественного благолепия
на Святей Горе явил еси»,
и в его собственных триадах, где он говорил о «свете божественного и существенного благолепия»[31].
Сам Григорий Палама неоднократно подчеркивал единство сущности и энергий. «Хоть и различается от божественной сущности божественная энергия, но в сущности и энергии единое Божество Бога»[32]. Современный греческий специалист по церковной истории и праву Власий Фидас сформулировал учение святитель Григория так: «[различие] непричаствуемой божественной сущности и причаствуемых энергий не отделяет нетварных энергий от божественной сущности, поскольку в каждой энергии является весь Бог, по причине неделимости божественной сущности»[33].

4. Обожение и спасение

Различие между сущностью и энергией в Боге дало Паламе основание для правильного описания обновления человека, которое произошло во Христе. В то время как Бог остается по сущности неприступным, Он дает человеку возможность вступить с Ним в действительное общение Своми энергиями. Человек, приобщаясь божественным энергиям или божественной благодати, получает по благодати то, что Бог имеет по сущности. По благодати и через общение с Богом человек становится бессмертным, нетварным, вечным, бесконечным, одним словом становится Богом. «Всецело мы становимся богами без тождества по сущности»[34]. Все это получает человек от Бога как дар общения с Ним, как благодать, исходящую от самой сущности Божией, которая остается всегда непричастной для человека. «Обожение обоженных ангелов и людей не есть сверхсущностная сущность Бога, но сверхсущностной сущности Бога энергия, сосуществующая в обоженных»[35].
Если человек деятельно не участвует в нетварной боготворящей благодати, он остается тварным результатом творческой энергии Бога, и единственной связью, соединяющей с Богом, остается связь творения с его Творцом. В то время как природная жизнь человека является результатом Божественной энергии, жизнь в Боге – это приобщение Божественной энергии, которое ведет к обожению. Достижение этого обожения определяется двумя важнейшими факторами – сосредоточением и обращением ума к внутреннему человеку и непрестанной молитвой в некоем духовном бодрствованиии, увенчанием чего становится общение с Богом. В этом состоянии человеческие силы сохраняют свою энергию, несмотря на то, что они оказываются выше привычных себе мер. Подобно тому, как Бог снисходит к человеку, так и человек начинает восхождение к Богу, дабы воистину осуществилась эта их встреча. В ней весь человек охватывается нетварным светом Божественной славы, который вечно посылается от Троицы, а ум восхищается Божественным светом и сам становится светом. И тогда таким образом ум, как свет, видит свет. «Боготворящий дар Духа есть неизреченный свет, и он творит божественным светом тех, кто обогатился им»[36].
В данный момент мы соприкасаемся с одним из самых важных элементов учения Паламы. Опыт обожения и спасение человека являются возможной реальностью, начиная с настоящей жизни, со славным соединением исторического со сверхисторическим. Душа человека через приобретение вновь Божественного духа предвкушает отныне опыт Божественного света и божественной славы. Свет, который видели ученики на Фаворе, свет, который видят чистые исихасты ныне, и бытие благ будущего века составляют три этапа одного и того же события, слагаясь в единую сверхвременную реальность[37]. Однако для будущей реальности, когда упразднится смерть, настоящая реальность является простым залогом[38].
Отождествление сущности и энергии в Боге, которому учили противники Паламы, разрушает самую возможность осуществления спасения. Если не существует нетварной благодати и энергии Божией, тогда человек или же приобщается Божественной сущности, или не может иметь никакого общения с Богом. В первом случае мы приходим к пантеизму, во втором разрушаются самые основания христианской веры, согласно которой человеку предлагается возможность действительного общения с Богом, которое осуществилось в богочеловеческом лице Иисуса Христа. Нетварная благодать Божия не освобождает душу человека от оков тела, но обновляет всего человека и переносит его туда, куда Христос вознес во время Своего Вознесения человеческую природу.
5. Учение о нетварном свете

Учение Паламы о нетварном свете божественного Преображения является одним из наиболее основополагающих, господствующих в его сочинениях направлений. Он ведет речь на основании своего собственного опыта, бывшего отправной точкой для его богословствования. Свет, который осиял Христа во время Преображения, не был тварью, но выражением Божественного величия, видения коего удостоились ученики, получив возможность видения после соответствующего приуготовления Божественной благодатью. Свет этот не был тварным «символом Божества», как полагал Варлаам[39], но божественным и нетварным. Святитель Григорий писал в ответ Варлааму: «Весь лик божественных богословов боялся назвать символом благодать этого света,… чтобы никто не посчитал тварным и чуждым Божеству этот божественнейший свет…»[40].
Преподобный Максим Исповедник действительно называет этот свет символом, но не в смысле чувственного символа, символизирующего нечто высшее и духовное, а в смысле высшего «аналогически и анагогически», который полностью остается непостижимым для человеческого ума, но содержит в себе знание богословия, и преподает его способному увидеть и воспринять[41]. Преподобный Максим пишет также о фаворском свете как о «природном символе Божества» Христа[42]. Интерпретируя мысль преподобного Максима, святитель Григорий Палама противопоставляет неприродный символ природному[43], чувственное – чувству превыше чувства, когда «око видит Бога не при помощи чуждого символа, но видит Бога как символ»[44]. «Сын, родившись от Отца безначально, обладает безначально природным лучом Божества; слава же Божества становится славой тела…»[45].
Итак, фаворский свет – это нетварная энергия Бога[46], которая созерцается умными очами «очищенного и облагодатствованного» сердца[47]. Бог «как свет видится и светом творит чистых сердцем, почему и называется светом»[48]. Свет Фавора выше не только внешнего знания, но и знания от Писаний. Знание от Писаний подобно светильнику, который может попасть в мрачное место, а свет таинственного созерцания подобен яркой звезде, «каковой является солнце»[49]. Если и сравнивается фаворский свет с солнцем, но это только сравнение. Характер фаворского света выше чувства. Фаворский свет не был ни умопостигаемым, ни чувственным, но превыше чувства и понимания. Потому и просиял «не как солнце… но выше солнца. Хоть о нем и говорится по подобию, но между ними нет никакого равенства…»[50].
Это видение света доподлинно, реально и совершенно, в нем принимает участие душа, вовлекающая в процесс видения весь душевнотелесный состав человека. Видение света приводит к единению с Богом и является признаком этого единения: «Имеющий тот свет неизреченно и видящий не по представлению больше, но видением истинным и находящимся превыше всех тварей, знает и имеет внутри себя Бога, ибо никогда не отделяется от вечной славы»[51]. Видение нетварного света в земной жизни – это драгоценный дар, преддверие вечности: «… нетварный свет ныне дается достойным как залог, а в нескончаемом веке он будет осенять их нескончаемо»[52]. Это тот самый свет, который видят подлинные исихасты, которому приобщился и сам Палама. Вот почему святитель Григорий Палама сам стал великим вестником благодати и света.
http://www.pravoslavie.ru/smi/36556.htm

_____________________________________________________________________________________________________________________

СВЯТИТЕЛЬ КИРИЛЛ, АРХИЕПИСКОП ИЕРУСАЛИМСКИЙ

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Святой Кирилл, архиепископ Иерусалимский, родился в Иерусалиме в 315 году и был воспитан в строгом христианском благочестии. Достигнув совершеннолетия, он принял монашество, а в 346 году стал пресвитером. В 350 году после смерти архиепископа Максима он стал его преемником на Иерусалимской кафедре.
В сане Иерусалимского Патриарха святитель Кирилл ревностно боролся против ересей Ария и Македония. Этим он возбудил против себя ненависть арианствующих епископов, которые добились его низложения и изгнания из Иерусалима.
В 351 году на праздник Пятидесятницы в Иерусалиме около 3 часов дня было чудесное знамение: на небе явился Честный Крест, сиявший ослепительным светом. Он простирался от Голгофы до горы Елеонской. Святитель Кирилл сообщил об этом знамении императору-арианину Констанцию (351 - 363), надеясь обратить его в Православие.
Низложенный Сардикийским Собором еретик Акакий, бывший митрополитом Кесарийским, решил изгнать святителя Кирилла, пользуясь содействием императора. Когда в Иерусалиме наступил сильный голод, святитель Кирилл на дела милосердия истратил все свое имущество. Так как голод не прекращался, святитель начал продавать церковные вещи, покупая на вырученные деньги пшеницу для голодающих. Враги святителя распустили слух, будто бы видели в городе женщину, плясавшую в священном облачении. Воспользовавшись этим слухом, еретики силой изгнали святителя.
Святитель нашел приют у епископа Сильвана в Тарсе. После этого в Селевкии собрался Поместный Собор, на который прибыло около 150 епископов. Среди них был и святитель Кирилл, которого митрополит Акакий хотел не допустить к заседаниям, но Собор не согласился. Тогда Акакий покинул Собор и перед императором и патриархом-арианином Евдоксием оклеветал и Собор и святителя Кирилла. Император подверг святителя заточению.
Когда воцарился император Юлиан-Отступник (361 - 363), он, якобы из благочестия, отменил все постановления Констанция, направленные против православных. Святитель Кирилл вернулся к своей пастве. Через некоторое время, когда Юлиан утвердился на престоле, он открыто отрекся от Христа. Он позволил евреям восстановить разрушенный римлянами Иерусалимский храм и даже выделил им на постройку часть средств из государственных податей. Святитель Кирилл предсказывал, что слова Спасителя о разорении самых камней храма (Лк. 21, 6) несомненно исполнятся, и богохульный замысел Юлиана потерпит крах. Однажды ночью случилось такое сильное землетрясение, что даже уцелевшие основания древнего Соломонова храма сдвинулись с места, а вновь возведенные пали и рассыпались в прах. Когда иудеи все-таки снова начали постройку, с неба пал огонь и истребил рабочие орудия. Великий ужас объял всех. На следующую ночь на одеждах иудеев появилось знамение креста, которое они ничем не могли уничтожить.
После этого Небесного подтверждения предсказания святителя Кирилла, его снова изгнали, а кафедру Иерусалимскую занял святой Кириак. Но вскоре святой Кириак претерпел мученическую кончину (+ 363, память 28 октября).
После гибели императора Юлиана святитель Кирилл вернулся на кафедру, но в правление императора Валента (364 - 378) в третий раз был отправлен в ссылку. Лишь при святом благоверном царе Феодосии Великом (379 - 395) он окончательно вернулся к своей архипастырской деятельности. В 381 году святитель Кирилл участвовал во II Вселенском Соборе, который осудил ересь Македония и утвердил Никео-Цареградский Символ веры.
Из творений святителя Кирилла особенно известны 23 поучения (18 огласительных для готовящихся принять Крещение и 5 для новокрещеных) и две беседы на Евангельские темы: "О расслабленном" и "О претворении воды в вино в Кане".
В основе огласительных поучений лежит подробное разъяснение Символа веры. Святитель предлагал христианину записать Символ веры "на скрижали сердца". "Члены веры, - учит святой Кирилл, - составлены не по человеческому измышлению, но из всего Писания собрано все важнейшее и таким образом составлено одно вероучение. Как горчичное семя в малом зерне заключает множество ветвей, так точно и вера в нескольких изречениях совмещает все учение благочестия Ветхого и Нового Завета". Скончался святитель Кирилл в 386 году.
http://days.pravoslavie.ru/Images/ii1226&4133.htm

_____________________________________________________________________________________________________________________
СЛОВО СВЯТІЙШОГО ПАТРІАРХА КИЇВСЬКОГО ФІЛАРЕТА

В 2-ГУ НЕДІЛЮ ВЕЛИКОГО ПОСТУ. ЩО ТАКЕ ГРІХ?


31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
В ім’я Отця, і Сина, і Святого Духа!
Дорогі браття і сестри!

Удругу неділю Великого посту читається Євангеліє про зцілення розслабленого. Господь одним словом зцілив хворого чоловіка, який страждав довгі роки. Але раніше Він простив йому гріхи. “Чадо, – сказав Господь розслабленому, – відпускаються тобі гріхи твої” (Мк. 2, 5). Цим Господь свідчить, що гріхи є причиною хвороб, щоправда, не завжди. Тому треба спочатку ліквідувати причину, тоді зникне і згубна дія її на людину.
Для того, щоб зрозуміти, які згубні наслідки має гріх для людської природи, треба знати, що таке гріх. Гріх – це моральна і духовна отрута, яка діє в душі, а потім і в тілі, так само, як діє звичайна отрута у тілі. Коли у тіло потрапляє отрута, в організмі людини відбуваються надзвичайно тяжкі процеси, які закінчуються смертю. Подібне стається і в душі, коли до неї потрапляє духовна отрута – гріховна думка або гріховне почуття. В душі проходять страшні хвилювання думок, почуттів, бажань і намірів. Складається враження, ніби горить дух, як у полум’ї. В такий стан потрапляє душа кожного разу, коли порушується моральний закон, аж поки не вдається заглушити голос совісті.
Через гріх душа відпадає від Бога, позбавляється Благодаті Божої і стає духовно мертвою. Спочатку совість гризе душу грішника, як могильний черв точить бездушне тіло. Яких заходів не вживає людина, але, поки у тілі залишається отрута, – смерть неминуча. Треба звільнити організм людини від отрути, тоді можна врятувати людину від смерті. Так само і отруєна гріхом душа: що б вона не робила для свого заспокоєння, поки залишається в ній гріх, духовна смерть для неї неминуча. Єдиним засобом спасти душу від загибелі залишається звільнитися від духовної отрути, тобто від гріха. А це можливо тільки через покаяння перед Богом у Таїнстві Сповіді. Тільки після духовного очищення гріхів Богом душа оживляється Благодаттю Святого Духа і заспокоюється.
Що таке гріх? Це гачок для лову риби або тенета, що ними захоплює нас диявол у свою волю. Св. ап. Іоан говорить: “Хто чинить гріх, той від диявола, бо спочатку диявол згрішив”(1 Ін. 3, 8).
Лестощами диявол заволодів першими людьми, а потім опанував увесь рід людський. Обплутавши ¬т嬬¬¬нетами гріха, він тримав усіх грішників, поки ¬¬¬¬¬Христос Спаситель не зруйнував ці тенета Хрестом і Воскресін¬¬ням і не відкрив їм через покаяння вихід на свободу.
Що ж ми чинимо тепер, віддаючись гріху після звільнення нас від влади диявола? Ми з своєї волі клюємо на гачок з смертоносною приманкою і добровільно заходимо у розставлені дияволом тенета, спокушуючись гріховною насолодою. Чи може звільнитися від ловця риба, поки знаходиться на гачку? Ні, вона повністю у владі рибалки: той куди хоче, туди і поведе її, коли захоче, тоді і витягне її на сушу. Чи може звільнитися від тенет птах, що потрапив до них, поки не порве? Звичайно, ні! Так само і грішник не може звільнитися від влади диявола, поки в душі його перебуває гріх – цей диявольський гачок, який тримає душу.
Є один засіб спасіння – вивергнути з себе гріх через покаяння перед Богом і щиросердну сповідь. Тоді влада диявола над людиною припиняється, і душа грішника знову потрапляє в обійми любові Божої.
Що таке гріх? Це стіна, яка відгороджує нас від Бога. Висока й неприступна була ця стіна, побудована гріхами всіх людей, що самі відгородили себе і закрилися за нею, як у в’язниці. Але Христос Спаситель зруйнував цю стіну Своїм Хрестом і Воскресінням і вивів душі людські із пекла. Що ж ми робимо тепер, віддаючись знову гріху? Будуємо нову стіну, що відокремлює наше життя від усього святого і вічного. Тільки покаяння перед Богом може визволити нас з неволі гріха.
Ось чому нам потрібне покаяння і сповідання своїх гріхів. Без цього наша душа назавжди залишиться мертвою, перебуваючи під владою диявола. Нам треба постійно ходити перед обличчям Бога. Ап. Іоан Богослов говорить: “Коли сповідаємо гріхи наші, то Він, будучи вірним і праведним, простить нам гріхи наші і очистить нас від усякої неправди” (1 Ін. 1, 9).
Коли ми з’явимося на суд своєї совісті, нехай Господь відкриє всі двері нашого серця, щоб ми побачили себе такими, якими ми є насправді. Нехай не лякає нас те, що ми побачимо душу, вкриту ранами гріхів і всіляких пороків. Небесний Самарянин Господь наш Ісус Христос зцілить нашу душу сльозами покаяння. Пречиста Його кров у таїнстві причастя омиє, очистить і освятить її. Ми приходимо на суд совісті не для того, щоб виправдовувати себе перед Богом і суперечити Йому, а для того, щоб просити Його милості і прощення гріхів. Говори, душе, Богу про всі беззаконня свої – і виправдаєшся!
Амінь!

____________________________________________________________________________________________________________________
Слово Святейшего Патриарха Кирилла во вторую Неделю Великого поста

— день памяти святителя Григория Паламы

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Во второе воскресенье Великого Поста воспоминается память святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского. Архиепископ Григорий был человеком просвещенным, замечательным богословом, имевшим опыт монашеской жизни на горе Афон. В далеком XIV веке он обозначил себя как особенно проникновенного духовного мыслителя. В своем творчестве он защищает Божественный Фаворский свет, утверждая, что свет, который явил Христос на Фаворе ученикам, не был обычным светом, как некоторые считали, но видимым явлением Божественной энергии, Божественной благодати.
Почему мы вспоминаем святителя Григория именно Великим постом? А потому, что свои проникновенные умозаключения он делал не на основе книжной учености, а на основе реального духовного опыта — своего собственного и многих других монахов, отшельников на горе Афон, которые через пост, через уединение, через молитву препобеждали в себе страсти и пороки и открывали путь Богопознания, проникаясь силой Божественного присутствия в их жизни настолько, что это Божественное присутствие почивало на них видимым образом. Очень многие из этих уединенных старцев-подвижников действительно сияли светом, словно повторяя то, что произошло на горе Фавор. Воспоминание об этом удивительном духовном явлении, которое получило в богословской науке именование исихазма, неслучайно в Великом посту. Пример святителя Григория, архиепископа Фессалоникийского, пример многих подвижников того времени, как и других времен, помогает нам понять, что означает пост.
Пост есть реальная возможность и средство победить в себе грех, истребить пороки и страсти, сделать сердце свое чистым. А из Евангелия знаем, что только чистые сердцем увидят Бога (см. Мф. 5:8). Именно сегодня мы должны подумать о том, что пост есть самый прямой и наилучший путь к тому, чтобы, преодолевая грех в самом себе, очистить сердце, а значит, увидеть Бога. Пост есть средство Богопознания. По этому пути прошло множество людей, и, когда человек встречается с Богом, когда он чувствует присутствие Его энергии, Его благодати в своей жизни, то как же хочется сохранить эту благодать! Ведь неслучайно в далеком IV веке возникло монашество как уход из жизни — не потому, что речь шла о каких-то странных, неспособных к социальной жизни людях, а потому, что те, кто опытно прикоснулся к Богу через подвиг молитвы, покаяния и воздержания, хотели всеми силами удержать это состояние; потому, что невозможно сравнить это духовное состояние ни с какой человеческой радостью — это несоизмеримые понятия. Соприкосновение человека с Богом дает ему прикосновение к раю, к Царствию Божиему, к неземной радости. Уже в IV веке люди поняли, что многое в этом мире с его суетой, с его проблемами, с его ложными целеполаганиями мешает человеку сохранять в себе Божественную энергию, и стали уходить из мира, поселяться в пустынях, производя тем самым странное впечатление на очень многих людей. Но те, кто прикасался к опыту монашеской жизни, понимали, насколько этот опыт помогает удерживать благодать в сердце.
А ровно через тысячу лет, в XIV веке, в Византии возникло мощное духовное движение исихазма, и святитель Григорий явился замечательным выразителем этой духовной мистической традиции. При чем же здесь Божественный Фаворский свет? Дело в том, что Божественная благодать становится видимой. Каждому из нас приходилось встречаться в жизни со светлыми людьми. Смотришь в лицо такого человека и видишь свет. Светлый человек, и хочется быть рядом с этим человеком, хочется напитаться от него этой энергией, этим богатым внутренним миром, что принадлежит ему. Но ведь мы знаем и другие лица — когда, заглядывая в лицо человеку, видишь там адский огонь; когда один взгляд на лицо человека вызывает чувство смятения, а иногда и ужаса. Как рай и Божия благодать отражаются в личности человека даже видимым образом, так и ад, диавольская сила отображаются зримо. Разве мы поверим такому человеку — с адским огнем в глазах? Бежать от него хочется.
Нам иногда трудно разобраться в людях. Особенно трудно это бывает в молодом возрасте: когда молодые люди стремятся вступить в брак, как тяжело разобраться в человеке! Нужно научиться читать людей по их глазам, по их лицам; но для того, чтобы было так, нужно самому быть чистым человеком. Если чистые сердцем Бога узрят, то чистые сердцем увидят Бога и в другом человеке — как они почувствуют в другом человеке и абсолютную несовместимость с собой. Мы иногда пытаемся обрести некую мудрость, некую способность правильно устанавливать отношения с людьми — деловые, служебные, личные. А на самом деле все так просто, потому что закон Божий прост: чистые сердцем Бога узрят, и точка. Больше никаких философских построений — все ясно и понятно. Пост — это и есть работа над собой, чтобы обрести эту чистоту; некое духовное усилие, омовение человека от скверны. Почему святые люди уходили в пустыни, на гору Афон, в затворы? Чтобы сохранить это духовное состояние чистоты и радости Божественного присутствия — потому что не только в эмоциональном плане это совершенно особое, ни с чем не сравнимое состояние, но и потому, что это состояние дает человеку силу, ведь, соприкоснувшись с величием Божиим, все остальное человеческое становится незначительным.
Сегодня мы празднуем также память святителя Гермогена, Патриарха Московского, чьи мощи покоятся здесь, в этом храме. Великий светильник земли нашей! Наступило Смутное время, и поляки вошли в Москву, в Кремль. Чтобы подчинить страну, захватчикам нужно было склонить Патриарха, потому что к его слову прислушивались все. Нужно было заставить его служить оккупантам, убедив в том, что его слово поможет народу преодолеть гражданскую смуту, если он поддержит польских захватчиков. Все это происходило не где-то далеко, не в египетских или палестинских пустынях, а на той земле, на которой мы сейчас с вами стоим. Он отказался и был замучен до смерти в подвалах Чудова монастыря — здесь, в Кремле. Какая же сила помогала святителю Гермогену сохранять абсолютную внутреннюю независимость от этих сильных, могущественных людей, что захватили Русь, Москву и Кремль? Что помогало ему спокойно дистанцироваться от всех этих искушений? Внутренний опыт переживания Божиего присутствия, который наполняет человека, помимо радости, великой внутренней силой. Такого человека невозможно сломить, его невозможно искусить, его невозможно обмануть, потому что вместе с ним — Бог.
Мы нуждаемся в способности видеть людей, чтобы устанавливать правильные отношения, особенно для того, чтобы избегать злых людей, чтобы не довериться тому, кто способен посмеяться над твоим доверием и растоптать твою душу. Мы часто нуждаемся во внутренней силе, чтобы никакие внешние обстоятельства не смогли сдвинуть нас с того жизненного пути, по которому Бог призывает нас идти. Мы нуждаемся в мудрости и силе — и каждый в отдельности, и общество в целом. Только тогда мы сможем преодолевать все трудности и устроять добрую, справедливую и процветающую жизнь, когда внутри себя будем иметь безошибочный критерий распознания добра и зла, внутренние силу и способность служить добру и сопротивляться злу.
Неслучайно мы говорим об этом в Великом посту. Когда же нам еще о душе подумать, как не в эти святые дни? И пусть размышления о своей внутренней жизни, молитва, воздержание, некий небольшой, но реальный подвиг, который мы принимаем на себя, помогут нам очистить сердце свое и, может быть, хотя бы в маленькую щелочку, не Бога, но свет Его увидеть. И этого уже хватит, чтобы в лучах этого света видеть правду и ложь, отличать зло от добра и жить по Божиему закону. Аминь.
http://ww.patriarhia.ru/db/text/1102802.html

____________________________________________________________________________________________________________________

Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий)
Слово в неделю вторую Великого поста
Учение Христово и учения человеческие

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Если в первое воскресенье Великого поста, как вы помните, святая Церковь торжествовала утверждение Православия семью Вселенскими Соборами, то во второе воскресенье она чтит память святителя Григория Паламы, великого защитника Православия.
Он жил в XIV веке, почти через шесть веков после последнего Вселенского Собора. Получил всестороннее образование, был приближеннымВизантийского Императора и служил у него, но затем ушел от придворной жизни и удалился на гору Афонскую, ибо душа его стремилась к постоянному и нераздельному общению с Богом. В его дни поднялась хула на монашество, и особенно на монахов Афонских, которых поносили за то, что всю жизнь свою они посвящали только служению Богу, богомыслию и молитве.
Святой Григорий с великой силой обличал этих хулителей и встал на защиту православного монашества. В это же время восстал еретик Варлаам, который нечестиво учил о том, что Господь Иисус Христос в великом Преображении Своем на горе Фаворской воссиял не Божественным, а простым, земным светом. Святитель Григорий обличил этого еретика и утвердил учение о Божественном происхождении света Фаворского.
В день памяти этого великого святителя, как и всех святителей, вы слышите в евангельском чтении слова Христовы: Истинно, истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но перелазит иначе, тот вор и разбойник. А входящий дверью есть пастырь овцам (Ин. 10, 1-2).
Здесь все лжеучителя и еретики сравниваются с ворами и разбойниками, которые не желают смиренно входить в веру святую дверью Православия, но норовят влезть в другом месте. Но есть только один и единственный законный святой вход в Божественное учение, и один у нас Учитель - Христос (см. Мф. 23, 8), и мы должны следовать только за Ним, и ни за кем другим. Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет (Ин. 10, 9).
У этой двери Он поставил стражами царства небесного святых апостолов, вслед за которыми преемственное рукоположение получили и многие другие пастыри добрые; все они учат добрых овец, стадо Христово, слушать голос единственного Учителя и Пастыря, идти за Христом.
Было и есть много вождей, которых избирает себе род человеческий, много учителей, указывающих различные пути жизни. Но Господь Иисус Христос велит нам, христианам, идти только за Ним, за Пастырем добрым, полагающим душу Свою за овец Своих (см. Ин. 10, 11).
Чему учат все вожди человеческие и чем отличаются их учения от учения Господа Иисуса Христа? Все учения человеческие направлены к тому, чтобы усовершенствовать жизнь нашу общественную и политическую. Они говорят почти только о том, как нужно устроить жизнь с внешней стороны, какие установить государственные законы, как достичь наиболее совершенной формы государственного устройства. Много мудрого,много великого, много полезного известно нам из этих учений человеческих. Перед лучшими и достойнейшими, перед самыми справедливыми изних и мы преклоняемся.
Но почему же мы все-таки идем за одним Вождем, нашим Господом Иисусом Христом? Почему мы ставим Его святое учение выше всех политических общественных учений мира, даже самых справедливых? Это нужно понять.
До Господа Иисуса Христа мир был глубоко чужд тому, о чем учил Он, совсем не помышлял о том, что Он считал самым важным и необходимым для людей, думая только о внешнем. Древний мир был убежден, что для искоренения зла на земле нужны только справедливые государственные законы; и новый мир мечтает о социальном равенстве. Но Добрый Пастырь наш говорил совсем о другом.
Вы знаете, что во время Его сорокадневного поста в пустыне сатана стал искушать Его. Он возвел Его на высокую гору, показал Ему все царства земные и сказал: Если поклонишься мне, дам Тебе власть над этими царствами и славу их (Лк. 4. 6—7). А Господь ответил: Отойди от Меня,сатана, ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи (Лк. 4, 8).
Он отверг от Себя власть политическую и общественную и не о социальных реформах думал. И после, в других случаях Он отвергал эту власть,ибо когда обращались к Нему люди с просьбой рассудить их тяжбы, Он уклонялся от этого, говоря: Кто поставил Меня быть судьей между вами?(Лк. 12, 14). А когда перед Своими страшными Голгофскими страданиями Он предстал на суд Пилата, и тот спросил Его: “Царь ли Ты?”,— Он ответил: “Да, Царь, но царство Мое не от мира сего” (Ин. 18, 33—36).
Вот это для нас важно — что Он есть Вождь царства не от мира сего, а все вожди человеческие — вожди царства мира сего.
В чем же коренное отличие учения Христова от всех учений человеческих? В том, что Он учил нас о царстве, которое внутри нас; учил внимать голосу сердца: Ибо изнутри, из сердца человеческого исходят злые помыслы, прелюбодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство (Мк. 7, 21—22). Эту же мысль вы найдете в Евангелии от Луки: Добрый человек из доброго сокровища сердца своего выносит доброе, а злой человек из злого сокровища сердца своего выносит злое; ибо от избытка сердца говорят уста его (Лк. 6, 45).
В нашей жизни духовной, а следовательно, и во всей жизни внешней, которая находится в теснейшей связи с жизнью духовной,— над умом нашим, над волей и стремлениями, царит и властвует наше сердце. Мы думаем так, как хочет сердце, мы верим тому, что нравится сердцу, нашу волю направляем в соответствии со стремлениями сердца. Чувство, органом которого является сердце, господствует над всем нашим мышлением, верой, познанием, над всем мировоззрением, над всеми стремлениями общественными и политическими.
Каково сердце наше, такова и деятельность наша. Если сердце чисто, свято, проникнуто горячей любовью ко Господу Иисусу Христу, то все деяния, все помышления, все общественные и политические взгляды, вся философия наша будут проникнуты этим чувством, этими святыми велениями сердца. И тогда из доброго сокровища сердца своего будем мы выносить добрые плоды во всякую деятельность нашу, а прежде всего — в повседневную жизнь, в общение с окружающими людьми. А если темное зло царит в сердце, то тогда, как бы ни было совершенно общественное и государственное устройство, как бы ни были справедливы установленные законы, оно будет творить зло. Никакие законы, никакое общественное устройство не могут обуздать сердце человеческое.
Люди стремятся карать зло судебными наказаниями, но зло продолжается, преступления не прекращаются. Вы знаете, что и при самом совершенном устройстве государства существует много низких, нечестных людей, которые творят зло и всей своей деятельностью разрушают все доброе, и стремлениями своего черного сердца препятствуют ему, и лишают его силы; много людей себялюбивых, заботящихся только о самих себе, не останавливающихся перед тем, чтобы раздавить всех, кто стоит на их жизненном пути. Вы знаете, как много развратных людей, и никакими законами нельзя добиться того, чтобы все люди стали чистыми и добрыми, чтобы не было людей нечестных, эгоистов.
Это может сделать только Господь Иисус Христос, ибо Он принес нам Свое Божественное учение о том, каково должно быть сердце наше, как должны мы исправлять его. И Своей Кровью и Телом Своим, которых мы причащаемся, Он дает нам силы к борьбе со злом, к очищению сердец наших. Вот почему Он для нас единственный Святой Вождь, ибо искоренения зла не могут и никогда не смогут достигнуть вожди человеческие. Нужна Божественная благодать, Божественная сила, чтобы исправлять сердца человеческие, нужна благодатная помощь людям в борьбе со злом. Как же нам не любить всем сердцем Господа Иисуса Христа, Который научил нас самой глубокой истине, обратил внимание наше на нашисердца, принес Божественное и светозарное учение о любви к ближнему?
И надо заметить, что то, чему учил Он, - любовь, милосердие, кротость, смирение,— было глубоко чуждо сердцам язычников. Они поклонялись не кротости, а гордости, они считали непростительной слабостью подавать милостыню бедным. У них было широко развито рабство, унижающее человеческое достоинство; рабов они не считали за людей и обращались с ними, как со скотом. Дико и нелепо звучали бы среди них слова любви, кротости, смирения и милосердия. Но эти слова на весь мир прозвучали в Божественной проповеди Господа Иисуса Христа и постепеннопокорили сердца человеческие. И вместо прежней гордости и презрения к людям, утвердилось признание достоинства именно этих качеств.
Итак, всякий христианин должен помнить о том, что нужно очищать свое сердце, искореняя из него злые помыслы, стремиться к тому, чтобы оно было свято. Святой апостол Иаков говорит: Исправьте сердца, двоедушные; сокрушайтесь, плачьте и рыдайте; смех ваш да обратится в плач, и радость — в печаль. Смиритесь перед Господом и вознесет вас (Иак. 4, 9-10).
Смиритесь перед Господом, покайтесь в том, что оскверняет сердца ваши, наполните жизнь свою стремлением к любви, добру и милосердию, и тогда почиет на вас благодать Святого Духа. Аминь.
Текст приводится по изданию: Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий). «Принесем Тебе любовь нашу». Беседы в дни Великого поста. М.: Издательство имени святителя Игнатия Ставропольского, Приход храма Святаго Духа сошествия, 2003. С. 142-148

http://halkidon2006.orthodoxy.ru/lki/148.htm

______________________________________________________________________________________________________________________


Святитель Иоанн Златоуст
Слово в неделю вторую Великого поста.

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
О посте.

Снова призывает нас святой пост к получению благ, снова соделывает нас подвижниками, снова желает, чтобы мы стали мужественны, чтобы показать нас победителями страстей, явить в большем блеске красоту души и сплести за труды наши венцы на наши головы. Что такое, в самом деле, пост, как не венец подвигов, виновник наград и путь спасения? Пост избавляет от рабства и дает свободу, возвращает из плена в отечество, пост исцеляет душевные раны, пост обновляет растленную грехами душу, возбуждает ее, укрепляет ум, внушает страх Божий, уничтожает страсти, смиряет помыслы. Во дни поста угасают похоти, процветают добродетели, является в большей чистоте красота целомудрия и тело обращается в душу, делаясь вопреки природе духовным. Будь весел во время поста и не будь печален подобно лицемерам, которые принимают на себя мрачные лица напоказ людям, теряя таким образом награду за пост. Ведь это слова Спасителя: во время поста помажь голову твою и умой лице благотворением, возсияй добродетелями, чтобы явиться постящимся только предо Мною одним, видящим тайны (Мф. VI, 17, 18). Не отвращайся, возлюбленный, от поста, так как он есть мать добродетелей, корень благ, источник целомудрия, страж благочестия, совоскормленник святых, сожитель ангелов, враг диавола, друг Духа Святаго; ради него оставляют нас похоти и удаляются демоны, ослабевает гнев, умерщвляются вожделения, оживают и возсиявают в нас добродетели; благодаря ему утихают страсти и унимается мятеж удовольствий, а ум плывет как бы по спокойному морю и, благополучно преодолевая, при посредстве этого воздержания, треволнения бури злых дел, приводит корабль к пристани добродетели. Наконец, ты будешь иметь неотъемлемую выгоду, имущество несокрушимое, если предашься исполнению заповедей Духа Святаго, если, утвердив мысль свою в страхе Божием, отвергнешь временное, когда услышишь слова Священного Писания: «не любите мира, ни того, что в мире». Не будем любить прелестей этого мира, которые, становясь как бы тяжелым бременем для корабля души, потопляют его. Разве ты не знаешь, что приятность всякой пищи ограничивается только горлом и не простирается далее, а наказание, которое она влечет за собою, подвергает безконечным мучениям? Невоздержность омрачает тех, кто не постится, обезображивает душевную красоту, живого делает мертвым, побуждает к совершению беззаконий, возбуждает удовольствия, умножает войны, будит вожделения; наконец, ты становишься неспособен к добродетели, так как, когда ослабеют члены и ты вследствие чрезмерного употребления вина потеряешь рассудок, ты уже не в состоянии более противоборствовать и становишься легкопобедимым для врагов, подобно тому, как гонимый ветром корабль, не имеющий кормчего, который мог бы бороться с натиском волн, бросается в разные стороны и ему уже не остается ничего более, как ожидать крушения. Итак, умоляю, не будем после поста предаваться роскошной жизни, и не будем уничтожать многих трудов нерадением, но, присоединяя труды к трудам, так будем ожидать награды. Когда кто присоединит к награде награду, тот имеет в запасе великую прибыль. Не будем же уничтожать силы поста, не позволим уму нашему быть сокрушенным сладостью жизни, чтобы не уготовать душе непоправимого зла. Если ты хочешь после поста уврачевать свое тело, сделавшееся слабым, то врачуй его воздержанием, чтобы душа твоя, подобно легко нагруженному кораблю, возвышалась над волнами нечестия; если поднимутся искушения вожделений, она будет готова противоборствовать и управлять помыслами, чтобы сохранить от крушения наш корабль. У нас есть и союзница в борьбе - сестра поста, разумею молитву: смерть ли, искушение ли, или какое-либо другое из зол, - все уничтожается молитвою и постом. Что я говорю? Пост обращает в бегство демонов, разрушает власть диавола, особенно если пост имеет союзницей своей и молитву: пост и молитва возвели на небо Илию, избавили от смерти ниневитян, пост сохранил Даниила невредимым от львов, пост сохранил неповрежденными среди огенной печи трех отроков, пост сделал Моисея достойным безпримерной славы, пост сделал Елисея главою пророков. Что сказать еще? Если бы пост не служил средством ко спасению и достижению вечной жизни, Бог не заповедал бы с самого начала поститься. Ведь если бы Адам соблюл пост, смерть не приблизилась бы к нему, он не лишился бы достоинства, дарованного ему Богом, не был бы изгнан из рая сладости и не был бы осужден на эту тягостную жизнь; но так как он послушался голоса чрева, то и подвергся смерти. Пост есть образ жизни ангелов, и что еще важнее - постился Сам Спаситель, не потому, что Он нуждался во врачевании постом, но для того, чтобы показать нам пример поста ко спасению. Итак, возьми пост в спутники себе на всю жизнь, чтобы он оберегал тебя, избавил тебя от смерти, спас тебя от искушений и привел тебя к пристани царства небеснаго, благодатию Господа и Бога нашего Иисуса Христа, с Которым слава Отцу со Святым Духом, во веки веков. Аминь.
http://halkidon2006.orthodoxy.ru/tvorenia/735_o_poste_2.htm

______________________________________________________________________________________________________________________

Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Поучение во вторую неделю Великого поста. Значение поста для человека


Внемлите себе, да не отягчают сердца ваша объядением и пиянством.
Лук. 21, 34
.

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Возлюбленные братия! Душеспасительно нам в дни святой Четыредесятницы не только удручать тела наши постом, но и беседовать о посте; душеспасительно нам в дни святыя Четыредесятницы обратить все должное внимание на предостережение от пресыщения и насыщения, сделанное нам Самим Господом: внемлите себе, сказал Он, да не отягчают сердца ваша объядением и пиянством.
Установление поста — Божие установление. Первая заповедь, данная Богом человечеству, — заповедь о посте. Она была необходимо нужною для нас в раю, до падения нашего, тем нужнее она по падении. Заповедь о посте дана в раю, повторена в Евангелии. Вознесем мысли к божественному установлению поста и созерцанием этого установления оживим, как бы душою, самый подвиг поста.
Подвиг поста не принадлежит исключительно телу; подвиг поста полезен и нужен не единственно для тела; он полезен и нужен преимущественно для ума и сердца. Внемлите себе, да не отягчают сердца ваша объядением и пиянством. Спаситель мира открыл нам в этих словах достойное особенного внимания последствие от излишнего употребления пищи и питья, последствие страшное, последствие душепагубное. От угождения чреву отягощается, грубеет, ожесточается сердце; ум лишается своей легкости и духовности; человек соделывается плотским. Что значит плотской человек? Именем плотского отмечает Священное Писание того несчастного человека, который пригвожден к земле, который неспособен к помышлениям и ощущениям духовным. Не имать Дух Мой пребывати в человецех сих во веки, зане суть плоть (Быт. 6, 3), засвидетельствовал Бог. Плотской человек неспособен к богопочитанию. Даже человек духовный, подвергшись насыщению, теряет свою духовность, теряет как бы самую способность знать Бога и служить Ему. Яде Иаков, говорит Священное Писание, называя Иаковом истинного служителя Божия, и насытися, и отвержеся возлюбленный. Уты, утолсте, разшире: и остави Бога, сотворшаго его, и отступи от Бога Спаса своего (Втор. 32, 15). В такое состояние приходит подвижник, когда исключит из своих подвигов подвиг поста. Дебелость и мгла, сообщаемые телу обилием и неразборчивостью в пище, мало-помалу сообщаются телом сердцу и сердцем уму. Тогда эти душевные очи, сердце и ум, притупляются; вечность скрывается от них; земная жизнь представляется для болезненного зрения бесконечною. Соответственно понятиям и чувствованиям направляется земное странствование, и злосчастный слепотствующий странник, вместе с отверженным змеем, на чреве ходит, иземлю снедает вся дни земного живота своего (Быт. 3, 14). Нарушение поста угрожает ученику Христову отпадением от Христа.
Такое влияние неумеренного или даже неосмотрительного и неосторожного употребления пищи на человека объясняет причину, по которой человек, в самом состоянии невинности своей, посреди наслаждений рая, нуждался в заповеди о посте. Ей предоставлено было сохранять новосозданную тварь, совокупленную из двух естеств, телесного и духовного, в духовном состоянии; ей предоставлено было уравновешивать два естества и соблюдать перевес при естестве духовном. С помощью ее человек мог непрестанно предстоять мыслью и сердцем пред Богом, мог быть неприступным для помысла и мечтания суетных.
Тем нужнее заповедь о посте для человека падшего. Пристрастие к земле, к кратковременной земной жизни, к ее сладостному, к ее великому и славному, самая наклонность к греху сделались свойственными падшему естеству, как свойственны недугу производимые им беспорядочные влечения и ощущения. Мы пригвождены к земле, прилеплены к ней всею душою — не только телом; соделались совершенно плотскими, лишены духовного ощущения, неспособны к помышлениям небесным. Заповедь о посте опять является первою, необходимою для нас заповедью. Только при помощи поста мы можем отторгнуться от земли; только при помощи поста мы может противостать увлекательной силе земных наслаждений; только при помощи поста мы можем разорвать союз с грехом; только при помощи поста дух наш может освободиться от тяжких оков плоти; только при помощи поста мысль наша может возникнуть от земли и воззреть к Богу! По мере того как мы возлагаем на себя благое иго поста, дух наш приобретает большую свободу: он устремляется в область духов, ему родственную, начинает часто обращаться к созерцанию Бога, погружаться в это неизмеримое и чудное созерцание, умедлять в нем. Если предметы вещественного мира, освещенные лучами вещественного солнца, непременно заимствуют от него и издают сияние, то как не просветиться нашему духу, когда он, свергнув при посредстве поста грубую и густую завесу плотяности, предстанет непосредственно Солнцу Правды — Богу? Он просвещается; он просвещается и изменяется! Возникают в нем помышления новые, божественные, открываются пред ним доселе неведомые ему таинства. Небеса поведают ему славу Божию (Пс. 18, 2): твердь возвещает всемогущество сотворившей ее руки; все создания, видимые и невидимые, громко проповедуют неизреченную милость Создателя; он вкушает духовно и видит духовно, яко благ Господь (Пс. 33, 9). Благодатная легкость и тонкость духа сообщаются телу; тело, вслед за духом, влечется к ощущениям духовным и предпочитает пищу нетленную, для которой оно создано, пище тленной, к которой оно ниспало. Первоначально оно с трудом подчиняется врачеванию и насилию поста; первоначально оно возмущается против установления поста, восстановляет против него дух наш, вооружается против него различными умствованиями, почерпнутыми из лжеименного разума; но, будучи укрощено и уврачевано постом, оно уже ощущает и мудрствует иначе. Его отношения к пресыщению таковы, каковы ощущения выздоровевшего человека к зловредным яствам, которых он неистово желал во время болезни; его отношения к пресыщению подобны отношениям к обнаруженному и уже явному яду, которым отнимается у духа преобладание над плотью, которым человек от подобия и сродства ангелу низводится к подобию и сродству бессловесных. Духовные воины, одержавшие победу над плотью посредством поста, представшие пред лице Господа для научения величайшим тайнам и возвышеннейшим добродетелям, слышат из уст Его учение о высокой добродетели поста и откровение тайны — того состояния, которое мало-помалу образуется от насыщения и пресыщения: внемлите себе, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством. Напоминается победителям тщательное хранение при себе оружия, которым добыта победа! И получается победа, и сохраняется добыча, приобретенная победою, одним и тем же оружием — постом.
Подвижник Христов, озаренный Свыше и научаемый своими благочестивыми опытами, обращаясь к рассматриванию собственно постного подвига, находит вполне нужным не только воздержание от пресыщения и постоянного насыщения, но и строгую разборчивость в пище. Эта разборчивость представляется излишнею только при поверхностном, беглом взгляде на себя; но в сущности качество пищи особенно важно. В раю воспрещено было единственно качество. В нашей юдоли плача, на земле, находим, что неразборчивость в качестве производит гораздо более душевных бедствий, нежели излишество в количестве. Не должно думать, что одному гроздью свойственно действовать на наш ум, на нашу душу; каждый род пищи имеет свойственное ему действие на кровь, на мозг, на все тело, а посредством тела — и на дух. Кто внимательно наблюдает за собою, упражняясь в подвиге поста, тот найдет непременно нужным истрезвление тела и души от продолжительного употребления мяс и самых рыб; тот с любовью облобызает уставы святой Церкви о посте и подчинится им. Святые отцы нарекли пост основанием всех добродетелей, потому что постом сохраняется в должной чистоте и трезвенности ум наш, в должной тонкости и духовности наше сердце. Тот, кто колеблет основание добродетелей, колеблет все здание добродетелей.
Братия! Будем протекать поприще святого поста с усердием и тщанием. Лишения, которым, на первый взгляд, подвергается наше тело по уставу поста, ничтожны пред душевною пользою, которую способен принести пост. Отрешим посредством поста наши тела от роскошной и тучной трапезы, а сердца от земли и тления, от той глубокой и пагубной забывчивости, которою мы отделяем себя от предстоящей нам и готовой объять нас вечности. Устремимся и духом и телом к Богу! Убоимся плотского состояния, производимого нарушением поста, убоимся производимой презрением поста совершенной неспособности к богопочитанию и богопознанию. Эта гибельная неспособность — начало вечной смерти. Эта гибельная неспособность является в нас тогда, когда, от пренебрежения Божественною заповедью о посте, мы попустим отягчать сердцам нашим обьядением и пиянством. Аминь.
Источник: Православие.Ru
http://halkidon2006.orthodoxy.ru/o/propovedi/699_st_ignatii_o_poste.htm

_______________________________________________________________________________________________________________________

Святитель Феофан Затворник
Как сохранить начатки духовной жизни.
Слово во вторую неделю Великого поста.

31-го березня 2-га неділя Великого Посту та святителя Григорія Палами і Святителя Кирила Єрусалимського (336)
Как блюсти, питать и возращать духовную жизнь, начатую в силу покаяния и Святого Причастия
Вот уже кому неделя, кому день, как приступали вы к чаше Господней, как за обет не грешить снова приняты в преискреннее общение с Господом, как восприяли намерение вести новую жизнь и, укрепившись благодатию таинств, вступили на святое поприще истинно христианской деятельности. Что же? Успешно ли идут дела ваши?!
Братие и отцы! Я не предполагаю между вами нерадивых и беспечных, не предполагаю таких, кои холодно — по обычаю только – приступив к таинству, продолжают и теперь жить, как жили прежде, или жить, как живется, не заботясь о том, сообразны ли порядки их жизни с волею Господа, принятого в таинстве; не предполагаю и таких, кои, с искренним желанием приступив к таинству и положив при сем в сердце своем не оскорблять более Господа, успели уже снова пасть в прежние страстные дела и привычки. Думаю, что все вы радуете ныне Господа и Ангелов Его, явившись сюда с тою же чистотою и полнотою жизни, с какою отпущены были от святого причащения,— и не только тою же, но и большею,успевши приложить плоды добрых дел, как приобретение на полученные благодатные силы. Едино прошу от Господа и то взыщу — да будет сие так.
Но если так, то, ревнуя об исправном христианском житии, заботясь о том, как бы явить себя угодными Господу, такую к нам великую милость недавно явившему, вы, верно, встречались с вопросом: как бы сделать, чтобы снова не пасть; как бы устроить такой порядок, чтоб он не мешал, а благоприятствовал новой, начатой по обету, требуемой совестию и желаемой сердцем жизни.
Вероятно, всякий решил уже сии вопросы для себя — как умеет и как находит лучшим. Но чтоб не вкралась в столь важном деле какая-либо ошибка, скажу вам об этом несколько слов, именно — о том, как в самом деле надобно устроиться, чтоб сохранилась, крепла и возрастала начатая нами новая жизнь.
Христианская жизнь, утверждаясь корнем в сердце, развивается и растет на поле жизни нашей подобно древу. Потому до познания способов воспитания ее в нас можно сравнительно дойти по способам, употребляемым при воспитании дерев.
Смотрите, что делает садовник с молодыми корнями или прививками, и делайте сами то же с собою и с своею жизнию христианскою. Тотогораживает свое деревцо и, когда нужно, прикрывает, чтобы неблагоприятные действия внешних стихий не повредили его, - это первое. Огородив совне, поливает его, чтоб оно имело около себя довольно материи для всасывания в себя и образования из того питательных соков, -это второе. Далее, чтоб оно росло ровно, кроме своего надзора и обрезывания лишних ветвей, привязывает его к тычине или жерди, крепко и надежно утвержденной в земле.
Подобный же сему уход должен быть и за ростками жизни нашей духовной.
Во-первых, надобно оградить его от вредных влияний совне. Это вот что значит. Положили мы твердое намерение не грешить... Надобно теперь отстранить все, что может поколебать сие намерение, именно: изменить прежние обычаи и оставить привычки, которыми питались наши страсти, построить новый порядок своему поведению или своим занятиям дома и вне, и всем своим сношениям, а паче всего предохранять себя от соблазнительных встреч с такими предметами, лицами и вещами, кои могут возбуждать томящие нас греховные страсти… Если не сделаем сего, легко можем пасть, и росток жизни нашей духовной снова заглохнет подобно деревцу, подверженному вредному влиянию жара, или холода, или росы злокачественной!
Но и оградив сей росток показанным образом, не должно ограничиваться этим одним… Нет, надо еще, во-вторых, питать его... Надо доставить ему, так сказать, стихии, кои усвояя себе, он умножал бы тем свои соки, рос и крепнул... То есть надо делать вот что: 1) читать и слушать слово Божие и писания отеческие, равно как самим рассуждать о спасительных истинах и вести о том беседы с единомысленными людьми или лицами, опытнейшими в жизни духовной; 2) ходить, сколько это для кого возможно, чаще в церковь Божию на Божественные службы и дома учредить уголок молитвенный, время молитвы и правило молитвенное; 3) никак не опускать ни одного представляющегося случая к деланию добра или какому бы то ни было подвигу терпения или самоотвержения... Ежели устроимся так, то как бы светом, теплотою и влажностию обложим своего внутреннего человека и напоим его разного рода стихиями духовными, впивая кои, он будет, как древо, насажденное при исходищах вод [1] — пышно и быстро развиваться и зреть; а если не сделаем, то росток сей, подобно древу на сухой и песчаной земле, скоро истощится, засохнет и замрет.
Какого, наконец, уравнителя приставим к сему древу, чтоб оно росло ровно и не давало ненужных, лишних отростков? Это ближе всего свое собственное рассуждение. Смотрите сами внимательно за всем и все направляйте к одной цели. Не сможете сами, останавливаетесь часто в недоумении — обращайтесь к духовным отцам своим, вопросите старцы, и рекут вам [2]. Но, при всем том, не забудьте главного Садовника и Воспитателя нашего внутреннего деревца жизни — Господа нашего Иисуса Христа, Которому и предайте души свои всецело. Преданных к СебеГосподь никогда не оставляет, но то внутренними внушениями Им собственно, то указаниями чрез духовных отцов ведет их прямо и незаблудно кратким путем к совершенству в христианской жизни!
Вот что надо делать тем, кои желают сохранить в себе начатки новой жизни и преуспеть в ней! Не распространяюсь много, потому что тем, кои ревнуют о спасении, не нужны долгие убеждения. Им только напомяни - и они тотчас берут себе в правило все, что считается для них душеспасительным. Таковыми желаю быть и вам,— только одно еще считаю нужным приложить... Устроив все, о чем было помянуто,— а помянутое не есть только набор слов, а все существенно необходимо в деле хранения и воспитания духовной жизни, - так устроив все сие, паче всего блюдитесь от рассеяния внимания ума, от пристрастия сердца к каким-либо предметам и обременения воли многозаботливою попечительностию. Рассеянность, пристрастие и многозаботливость - три злейшие врага внутренней жизни. Будучи допущены внутрь, в непродолжительное время заглушат они духовную жизнь и повергнут вас снова как бы в летаргический сон - в забвение, беспечность и холодность. А в этом - смерть духовная. Да избавит вас от сего Господь многомилостивый и да умудрит вас во спасение! Аминь.
28 февраля 1860 года
Во 2-ю неделю Великого поста
http://halkidon2006.orthodoxy.ru/lki/154.htm

_____________________________________________________________________________________________________________________

Видеофильм: Вторая Неделя Великого поста



_______________________________________________________________________________________________________________________

Видеофильм: Неделя 2-ая Великого поста. Св. Григория Паламы

 

Hosting Ukraine

 

@ 2011 Прес-центр Богородської єпархії